публикации

публикации.

ЭКОНОМИКА ПМР: СТАБИЛИЗИРОВАТЬ ИЛИ СОЗДАВАТЬ?

Что выиграли, а что проиграли?

Приднестровье. 5 апреля 1998г, №66 (576)

ЭКОНОМИКА ПМР: СТАБИЛИЗИРОВАТЬ ИЛИ СОЗДАВАТЬ?

( необходимость инвентаризации народного хозяйства ПМР и создание Системы его развития  предлагалось еще в апреле 1998г)

Специфика преподаваемого мною курса «Рынок ценных бумаг и биржевое дело» невольно заставляет задумывать над задаваемыми студентами вопросами: «Почему мы изучаем курс на базе рынка ценных бумаг России и соседних стран? Почему при декларируемости экономических реформ у нас не внедряются новые экономические отношения, не создаются необходимые для нормального развития экономики институты и инструменты финансового и товарного рынков? Почему мы вообще плетемся в хвосте экономических реформ, для нас более необходимых, чем для других стран СНГ, поскольку мы создаем новое государство ?».

Для правильного ответа на эти вопросы, видимо, необходимо вначале разобраться с тем наследием, которое мы получили от народного хозяйства СССР. Приняв за «манну небесную» мощный промышленный и сельскохозяйственный потенциал, мы начали его просто «выжимать», надеясь, что он каким-то чудом выживет сам и позволит «жать» себя до бесконечности. А сложности наши заключались в том, что в отличие от экономик других стран СНГ, функциони­ровавших раньше в рамках Союза и подвергающихся в настоящее время реформированию, экономики ПМР не существовало никогда. Была экономика СССР, экономика Молдовы и их неотъемлемая часть - экономика отраслей и районов, входящих ныне в народнохозяй­ственный комплекс ПМР.

Те крупные промышленные предприятия, которые стали основой нашей фискальной политики, были настроены на отраслевые, не связанные между собой технологически, производственные направления Молдовы  и Союза в целом.  «Молдавизолит», «Электромаш», «Молдавкабель», „Прибор" и более десятка других предприятий не имеют здесь ни источников сырья, ни рынков сбыта. Только командно-административная система могла построить на высокопродуктивной молдавской земле, например, завод литейных машин им. Кирова, эшелонами завозить за тысячи километров металл и комплектующие и эшелонами же вывозить ­ненужные здесь машины. Именно такая затратная политика (экономикой ее не назовешь) и стала одной из причин развала Союза.

Такая же картина и в сельско­хозяйственном производстве. Из четырех сельскохозяйственных зон, специализирующихся на низ­корентабельном овощеводстве, три относятся к ПМР: Слободзейский, Дубоссарский и Григориопольский районы. Зерновому хозяйству, молочно-мясному ското­водству, птицеводству здесь отводилось второстепенное значение. В самой большой северной зоне (14 районов) преимущество отдавалось более рентабельным: таба­ководству, свекловодству, произ­водству подсолнечника. В составе ПМР это неполные Рыбницкий и Каменский районы. Таким образом, дотационный характер был заложен изначально, по крайней мере, для наших южных районов. Судите сами, в восьмидесятых годах доходность некоторых сельхозкультур выражалась, ориенти­ровочно, в следующем порядке: помидоры (перец и т. д.) - на рубль затрат - рубль дохода (прибыль нулевая), фрукты, виноград - рубль затрат - 6 руб. дохода, табак - 25 руб. дохода. Те откормочные комплексы, которые сохранились в ПМР, также рассчитывались на поставки извне комбикормов и реализацию продукции в основном на рынках Молдовы и стран СНГ.

Таким образом, привыкший в сфере снабжения и сбыта к про­изводственным связям по верти­кали, весь наш хозяйственный потенциал оказался в гораздо худших условиях, чем в бывших союзных республиках.

Наша финансовая система представляла обрывки той же, но уже финансовой вертикали. Привычные потоки денежных средств от предприятий через главк к министерствам и обратно прервались на уровне местных банков. А о поиске средств по так называемым го­ризонтальным связям еще только велись разговоры. Усугубила наше положение и необходи­мость для маленькой страны вводить собственную валюту, конвертируемость которой продолжает оставаться сомнитель­ной в силу ряда объективных и субъективных причин:

- отсутствия каких-бы то ни было серьезных сырьевых ресурсов;

- отсутствия „золотого" или „долларового" подкрепле­ния;

- неприемлемости в меж­дународной практике обеспечения национальной валюты основными фондами - объектами народного хозяйства, обесце­ненными в кризисном состоянии экономики и, тем более, не при­вязанными к земле;

- не решения вопросов соб­ственности, особенно на землю (основное богатство ПМР), которая могла бы стать твердым гарантом национальной валюты.

В самом тяжелом положении оказалась наша система управления. Все управленческие кадры высшего звена остались в Москве или в Кишиневе. Нам достался аппарат местных партийных и исполнительных органов, первые из которых умели получать указания сверху, доводить до исполнителей и отчи­тываться наверх. Вторые (возможно, и большинство первых), хотя и знали местное хозяйство, не могли решать вопросы создания экономики на государствен­ном уровне. Приходилось всю систему государственного управления создавать с нуля.

К сожалению, к чисто реги­ональным факторам, например, засухе и войне 1992г., добавляются и чисто субъектив­ные, заключающиеся в отсутствии элементарного экономического обучения населения и информированности по финансово ‑ экономической статистике. Позиция выжидания в вопросах экономических реформ отбрасывает нас далеко назад по сравнению с другими регионами бывшего Союза.

Предвидя скептические замечания, что все это давно известно, заранее уточняю, что, во-первых, не все и не всем, а во-вторых, не в комплексе. Главное в том, чтобы эти знания собрать воедино, определить степень их взаимозави­симости, проанализировать, наметить пути выхода из создавше­гося положения не решением отдельных производственных, финансовых, управленческих вопросов (что сейчас и происходит), а обоснованной системой органи­зационных мероприятий, способной наладить нормальную работу всего народнохозяйственного комплекса. Задача для нас практически заключается в том, чтобы силами соответствующих структур государственного аппарата с привлечением компетентных спе­циалистов, органов местного управления,  свести разрозненные, многообразные отраслевые структуры в единый товарнопроизводственный комплекс с единым технологическим потоком в рамках экономики ПМР и создать новый механизм управления гос­собственностью, основанный на стремлении каждого конкретного владельца получить от этой соб­ственности нормальный уровень дохода.

Исходя из вышеуказанной специфики, надеяться приходится только на себя. Со стороны к нам могут прийти или представи­тели развитых рынков со своими „монетарными" и другими системами или апологеты социализма, не нашедшие применения в новой экономике в своих странах со своими „государственными", „матричными" и другими системами, прикрывающими государ­ственный экономический рэкет. Первые или забыли или вообще не знают, что такое разваленная экономика, вторые умеют только считать и распределять.

В силу этой же специфики начинать надо с детальнейшей ин­вентаризации всего народнохо­зяйственного потенциала. Провести подобную инвентаризацию предлагалось еще в сентябре 1991 года на съезде депутатов всех уровней. Предложение было проголосовано и принято, однако в после съездовский вариант решения не вошло, видимо, было проигнорировано. Главное, что мы должны получить от этой ин­вентаризации, - исходные данные для обоснованных экономи­ческих преобразований, включающие:

1. Определение земельного стандарта, где стоимость одного гектара земли - это исходная двух показателей: социальных, природно-климатических условий и стоимость объектов, на ней расположенных; определение стоимости (цены) народнохозяйственного потенциала ПМР и го­сударственных гарантирующих активов (т. е. стоимость ПМР); определение стоимости каждого гектара, исходя из стоимости всей государственной собственности на территории поделенной на определенное количество гектаров.

2. Решение более объективно и весомее, чем в России (ваучеры) и в Молдове (боны), вопроса о собственности граждан ПМР (забываемой только в нашей республике). На основе данных инвента­ризации определяется площадь земли, приходящаяся на каждого жителя ПМР, и выдается, скажем, «сертификат», в котором точно указывается доля собственности каждого жителя как в стоимостном выражении, так и в земельном (в гектарах или его долях) без учета личной собственности граждан, непригодных для проживания земель, спорных территорий, земель типа садовых участков и т. д.

3. Создается резервный фонд стабилизации финансовой системы, предназначенный для рав­номерного перераспределения богатств между собственниками и содержания бюджетных структур. В фонд включается часть земель, остающихся в непосредственной государственной собственности, в. ч. в ведении естественных монополий (железная дорога, Молдавская ГРЭС, ВПК и т. д.). Часть резервного фонда используется для компенсации разницы районов по человеческим, материальным и природно-климатическим условиям и на начальном этапе может направляться в отдельные районы или изыматься через налоги в резервный фонд.

4. Обеспечивается национальная валюта национальным богатством - землей, что гораздо  весомее доллара. Земля не лежит мертвым капиталом, производит, повышая обеспеченность нашего купона, позволяет складывать средства и, через труд, улучшать как личное благосостояние, так и повышать экономический потенциал государства. Земля постоянна в своем наличии не может быть вывезена за границу. Для надежного обеспечения рубля землей преодолевается ее «бесхозный» характер и стимулируется отдача от земли и повышение ее потребительских свойств.

5. Инвентаризация земельных угодий включает также определение, разбивку, выделение и закрепление каждого гектара земли за оптимальным направлением народнохозяйственной деятельности, в т. ч. сельхозугодия общегосударственного пользования, часть земель - под сырьевые ресурсы, под промышленные объекты, находящиеся в личной собственности граждан (в личном подсобном хозяйстве) и под индивидуальное строительство,  под жилые многосемейные объекты, объекты общественных, административных и др.

бюджетных сфер деятельности. Не должны остаться без учета определения сферы применения ни один гектар земли, ни одна сотка. Определяется (расчетным путем, на основе мирового опыта и т. д.) потенциальная возможность каждого гектара и сравни­вается с существующей доходностью от его использования. Выявляется рачительный хозяин на каждый гектар земли, способный получить от него максимальную отдачу, сохранив этот гектар для дальнейшего воспро­изводства, а еще лучше, приумножив его возможности.

6. Анализируется весь произ­водственный потенциал, в т. ч.  сельскохозяйственный, выражаю­щийся вкладом в валовой нацио­нальный продукт (ВНП). Рассчи­тывается  величина ВНП на душу населения в год по каждому предприятию как критерий его вклада в экономику ПМР. Выявляются не­эффективные отрасли, производ­ства, технологии, товары, неис­пользуемые производственные возможности (в т. ч. оборудова­ние, производственные и складские помещения), неиспользуе­мые технологические отходы, не­завершенное строительство и т. д. Анализируются:

- состояние внутреннего рынка сбыта, в т. ч. для определения реалий иностранных инвестиций;

- состояние рынка труда, стоимости и резерва рабочей силы, появление и использование лишних рабочих рук в результате рационализации производства;

- состояние организационно-уп­равленческой инфраструктуры, выявление балластных правитель­ственных и неправительственных структур, фондов, институтов, находящихся на бюджетном обеспечении.

Выявляется совокупный спрос - общий объем спроса на товары и услуги в экономике, а также недостающие структуры, пред­ставляющие совокупное предложение в необходимых для сбалан­сированного рынка объемах.

Хватит винить во всех бедах развал Союза. Это уже давно свершившийся факт. Уверен, что Союз возродится, но уже на другой, уважающей друг друга основе. С чем мы к нему придем, с протянутой рукой или с развитой, социально направленной экономикой, зависит от нас. 

Пора бы подумать и о том, что именно развал Союза предоставил нам истори­ческую возможность создать Государство. И если бы мы в свое время отделили экономику от политики и, независимой от политики группой специалистов, решали экономические проблемы, они бы в настоящее время были решены намного успешнее, чем полити­ческие. Постоянно ссылаясь на разрыв экономических отношений, невозможность их налаживания - мы расписываемся в неумении или нежелании организо­вать нормальные экономические отношения. Да, наша экономика находится в более  кризисном состоянии, чем экономики бывших союзных республик, по указанным ранее причинам, но мы были и остаемся более свободными в направлениях ее развития. Нам никто не мешал и не мешает создавать ту экономику, которую мы сами себе желаем. Были бы результаты нашего созидания, направленные на улучшение жизни приднестровцев. Давно уже пора прекратить по-дилетантски кичиться нашим мощным про­мышленным потенциалом, который мы основательно загубили, и создавать, пока не поздно, новые экономические отношения, новую, социально направленную, экономику, которая будет прева­лировать над политикой, а последняя будет расчищать ей препоны для внутреннего развития и прокладывать дорогу на внешние рынки. «Признание» придет само собой, как только мировое сообщество увидит, что в ПМР начинают наполняться семейные бюджеты.

А. КОКОШКО.

Что выиграли, а что проиграли?

После 20-летнего скатывания вниз по наклонной мы пытаемся остановить падение всего и вся  и снова увидеть свет, пусть даже в конце туннеля. Определенные шаги предпринимаются, но для того, чтобы быть более точным и объективным, изначально стоит четко понять: что мы потеряли, а что выиграли за эти два десятка лет? Быть может, есть еще какой-то невидимый на первый взгляд потенциал, сгорбленные спины и уверенной поступью двинемся навстречу новым победам и свершениям.

Мы пригласили двух приднестровских экономистов, которые застали распад Молдавской ССР, для того, чтобы узнать их мнение на волнующую нас тему. Своим мнением о сложившейся в соседней Молдове ситуации поделились правобережные эксперты. Также мы узнали, что думают об этом прохожие на улицах приднестровских городов.

Обо всем в подробностях читайте далее.

Анатолий Кокошко, преподаватель экономических дисциплин Тираспольского филиала МИПП,  в прошлом замминистра экономики:

- Начиная с 1992 года, мы ничего не приобрели; все, что можно, потеряли. В советское время в Приднестровье на 600 тыс. человек было около 37% промышленного потенциала, тогда как в Молдове на 4 млн. жителей – всего 63%. Казалось бы, Приднестровье должно было выиграть, но этого не произошло. Воспитанные на лозунге «пусть воруют, но пусть делятся» люди стали у руля республики, при их согласии была проведена «денежная» (для приватизаторов) приватизация, и в государстве установился негласный порядок по принципу «а что я с этого буду иметь?». Это и оказало губительное влияние на социально-экономическое состояние Приднестровья.

Мы помним, как ведущим вектором развития экономики определили рост промышленности, напрочь загубив сельское хозяйство. А ведь именно аграрный сектор являлся основным для нашего региона. Причем, не сырьевой компонент, а уже конечный продукт. Соотношение стоимости сырья и конечного продукта во всем мире примерно 1:10. Поэтому акцент нужно делать на производстве и сбыте конечного продукта.

Новая команда действующей власти нацелена на изменения. Все об этом говорят, но как сделать – не знают. 100 дней правления новой власти прошли, но особых изменений нет. В настоящий момент мы очень зависимы от России. И если Российская Федерация будет сильной, то и мы пристроимся.

Приднестровью нужно создавать материально-техническую базу для производства конечной продукции. Самым оптимальным вариантом будет создание системы естественных социально-экономических отношений, при которой первичным является организация работ, а вторичным – их финансирование. Таким образом, и производитель, и финансист будут заинтересованы в успешности конечного продукта. Например, в Японии 8 крупнейших финансово-промышленных групп, доход банкиров в которых полностью зависит от успешности финансирования ФПГ.

Любой президент – организатор работ, организатор команды, в которой каждый делает свое дело четко и ответственно. А если первое лицо государства окружает себя подхалимами, то успеха не видать.